гражданское право в часть 3 учебник -м проспект 2001

Валерий Г. Волков, Дэвид Дж. Бетц — Министерство обороны в демократическом государстве — Отечественные записки

Журнал для медленного чтения

2012 2008 2007 2006 2005 2004 2003 2002 2001

Главная тема Справка Справка Справка Справка Справка , Справка Справка Кроме того Главная тема

Министерство обороны в демократическом государстве

В 1957 году в предисловии к своей книге «Солдат и государство» известный американский ученый Сэмюэль Хантингтон писал, что взаимоотношения между гражданской и военной властью «страдают от недостатка теоретической базы». Сегодня, через сорок пять лет после выхода в свет работы Хантингтона, это утверждение в значительной мере сохранило свою актуальность. Исследователи, работающие в этой области, часто жалуются, что среди них нет «нового Хантингтона» — человека, который смог бы устранить обнаружившиеся с годами недостатки хантингтоновской модели. Было бы самонадеянностью утверждать, что настоящей статьей мы намерены заполнить образовавшийся пробел. Наша цель более скромна: обозначить место министерства обороны (МО) в структуре демократического государства, объяснить его функции как бюрократического института и его роль во взаимоотношениях между гражданской и военной властью. Другими словами, мы разделяем мнение ученых, полагающих, что в настоящий момент еще не написана сколько-нибудь вразумительная работа, где была бы предложена систематическая модель построения отношений между обществом и его военной организацией в условиях демократии. Надеемся, что в своей статье сможем хотя бы частично восполнить недостаток наших представлений в этой области. Наша цель — понять, каким образом военная организация «подсоединена» к общей архитектуре общества, на службу которому она поставлена. Какова их структурная взаимосвязь? Как мы увидим в дальнейшем, ответ на этот вопрос как раз и объясняет необходимость существования министерства обороны. Однако, прежде чем приступить к обсуждению, нам представляется уместным взглянуть на исследуемый предмет в более широкой перспективе. Это необходимо для того, чтобы обозначить общую систему координат наших рассуждений, а также прояснить значение некоторых терминов.

Используемая терминология важна, поскольку она влияет на восприятие предмета как обществом, так и самими исследователями. Действительно, этот базовый элемент остается предметом существенных противоречий в исследовательской среде. Даже в английском языке, на котором данная тема формулировалась изначально, не всегда можно найти недвусмысленные определения. Существует мнение, что термин «гражданский контроль» (civilian control) не полностью отражает суть вопроса и даже ведет к его неправильному пониманию. В конце концов, в центре внимания находится не гражданский (невоенный) субъект, осуществляющий контроль над вооруженными силами (в этом смысле Сталин был гражданским лицом, так же как и Гитлер) сам по себе; существенным представляется механизм контроля или реального влияния на военную организацию со стороны гражданского общества в целом. Таким образом, в англоязычной среде многие предпочитают « civil control», где « civil» тоже имеет значение «гражданский», но с оттенком, отражающим юридический смысл понятия, и как производное от «гражданин». По этой же причине существует множество альтернативных формулировок, таких как «политический контроль», «демократический контроль», «гражданское руководство» и т. д. Что еще более усложняет лингвистический аспект понимания концепции военно-гражданских отношений, так это то, что в английском языке значение слова «control» в гораздо большей степени выражает идею прямого вмешательства, чем созвучное русское «контроль», понимаемое как «проверка, а также наблюдение с целью проверки» .

Как указывал в своем эссе «Демократический контроль над вооруженными силами» бывший статс-секретарь по делам обороны Венгрии Рудольф Йоо, в литературе, посвященной этому вопросу, термин «гражданский контроль» используется, как правило, в качестве синонима «политического контроля» .

В рамках этой дискуссии термин «гражданский контроль» лучше всего понимать только как доминирование гражданских политических институтов, на законных основаниях представляющих волю выборщиков в процессе принятия решений в сфере обороны и безопасности. Хотя такое доминирование и является принципиальным условием, оно не означает, однако, что гражданские (невоенные) люди могут принимать решения лучше, чем военные. Напротив, ошибаться, проявлять упрямство или просто глупость могут как политики, так и генералы. Просто в условиях демократии находящееся в руках военных оружие не должно давать им преимущества в отстаивании своего мнения. Питер Фивер описал эти взаимоотношения простой, но четкой формулой: гражданская власть в любом случае имеет преимущество перед властью военной.

«В контексте военно-гражданских взаимоотношений это означает, что военные, возможно, способны определить угрозу и меры, которые необходимо принять для сдерживания этой угрозы в пределах допустимого риска. Но вот каковы именно пределы этого риска для общества, могут решать только гражданские власти… Военные измеряют риск, а гражданские оценивают его. Независимо оттого, насколько более профессиональной является точка зрения военных на ту или иную ситуацию, мнение гражданских представителей должно всегда иметь больший вес» .

source